Мы — дементологи. Специально изучаем и лечим именно деменцию. Знаем, какие препараты убивают таких пациентов, а какие действительно помогают.
Мы различаем тип деменции даже на средней и тяжёлой стадии — от этого зависит, будет ли терапия работать или только ухудшать состояние.
Регулярная поддержка, а не разовый визит. Вы получаете не просто осмотр раз в полгода, а целый комплекс врачебного сопровождения.
Мы знаем какие препараты опасны. Добиваемся результатов точными назначениями и малыми дозами препаратов
Мы не обещаем волшебства, но за 2-3 недели самые сложные пациенты перестают быть источником постоянного стресса.
Почему именно мы
Мы — дементологи. Специально изучаем и лечим именно деменцию. Знаем, какие препараты убивают таких пациентов, а какие действительно помогают.
Мы различаем тип деменции даже на средней и тяжёлой стадии — от этого зависит, будет ли терапия работать или только ухудшать состояние.
Регулярная поддержка, а не разовый визит. Вы получаете не просто осмотр раз в полгода, а целый комплекс врачебного сопровождения.
Мы знаем какие препараты опасны. Добиваемся результатов точными назначениями и малыми дозами препаратов
Мы не обещаем волшебства, но за 2-3 недели самые сложные пациенты перестают быть источником постоянного стресса.
Наши услуги
Мы предлагаем гибкие пакетные решения специально для пансионатов. Вместо разовых дорогих вызовов вы можете заключить договор на регулярное медицинское сопровождение ваших жителей с деменцией.
Регулярные онлайн-консультации и корректировка терапии
Постоянный Telegram-чат с командой врачей (оперативные ответы в рабочее время)
Ежемесячный клинический разбор сложных случаев (1 раз в месяц бесплатно для активных партнёров)
Чек-листы и инструкции для персонала по работе с поведенческими нарушениями, отказом от еды, агрессией, блужданиями и другими сложными ситуациями
Наши услуги
Мы предлагаем гибкие пакетные решения специально для пансионатов. Вместо разовых дорогих вызовов вы можете заключить договор на регулярное медицинское сопровождение ваших жителей с деменцией.
Пациент: Мужчина 84 года, болезнь Паркинсона с деменцией
Застывания при ходьбе (внезапно «прилипал» к полу с риском падения лицом вперёд), ощущение «призраков» и присутствия посторонних, обмороки из-за давления, отказ от приёма таблеток, сухая кожа из-за вегетативной недостаточности. Персонал тратил много времени на уговоры и предотвращение травм.
У пациента лекарственная непереносимость. Не узнавал родственников, обвинял персонал в намеренном вреде, страдал от резких падений давления с обмороками после еды и туалета, кричал по ночам, видел галлюцинации. Попытки ходить приводили к спутанности и риску падений.
Пациент: Женщина 78 лет, лобно-височная дегенерация
Расковыривала себе лицо и гениталии до крови, отказывалась от еды и лекарств, не спала ночами, кричала и снимала с себя всё. Сиделки боялись подходить, каждые 2–3 дня — новая смена белья, риск инфекций, постоянный шум по ночам, прогрессирующая потеря веса.
Пациент: Мужчина 84 года, болезнь Паркинсона с деменцией
Застывания при ходьбе (внезапно «прилипал» к полу с риском падения лицом вперёд), ощущение «призраков» и присутствия посторонних, обмороки из-за давления, отказ от приёма таблеток, сухая кожа из-за вегетативной недостаточности. Персонал тратил много времени на уговоры и предотвращение травм.
У пациента лекарственная непереносимость. Не узнавал родственников, обвинял персонал в намеренном вреде, страдал от резких падений давления с обмороками после еды и туалета, кричал по ночам, видел галлюцинации. Попытки ходить приводили к спутанности и риску падений.
Пациент: Женщина 78 лет, лобно-височная дегенерация
Расковыривала себе лицо и гениталии до крови, отказывалась от еды и лекарств, не спала ночами, кричала и снимала с себя всё. Сиделки боялись подходить, каждые 2–3 дня — новая смена белья, риск инфекций, постоянный шум по ночам, прогрессирующая потеря веса.
Лобно-височная дегенерация с выраженными поведенческими нарушениями
Пациент: Женщина 79 лет, лобно-височная дегенерация. Проблема: Расковыривала себе лицо и генитальную область, полностью отказывалась от еды и лекарств, дралась с персоналом, сжимала челюсти, снимала одежду по ночам и шумела, будя весь этаж. Персонал боялся подходить, высокий риск инфекций и истощения.
Стратегия: Наша команда заменила оланзапин (который только усиливал ажитацию) на хлорпротиксен, подобрала Нутридринк как основное питание, дала рекомендации по уходу за расчёсами и правильной фиксации.
Результат: Пациентка перестала драться и самоповреждаться, кормление теперь занимает 10 минут вместо часа, ночью спит, новые раны не появляются. Нагрузка на одну сиделку снизилась минимум на 30 %. Переведена из категории «буйная и опасная» в «лежачая с контролируемым уходом».
Лобно-височная дегенерация с выраженными поведенческими нарушениями
Пациент: Женщина 79 лет, лобно-височная дегенерация. Проблема: Расковыривала себе лицо и генитальную область, полностью отказывалась от еды и лекарств, дралась с персоналом, сжимала челюсти, снимала одежду по ночам и шумела, будя весь этаж. Персонал боялся подходить, высокий риск инфекций и истощения.
Стратегия: Наша команда заменила оланзапин (который только усиливал ажитацию) на хлорпротиксен, подобрала Нутридринк как основное питание, дала рекомендации по уходу за расчёсами и правильной фиксации.
Результат: Пациентка перестала драться и самоповреждаться, кормление теперь занимает 10 минут вместо часа, ночью спит, новые раны не появляются. Нагрузка на одну сиделку снизилась минимум на 30 %. Переведена из категории «буйная и опасная» в «лежачая с контролируемым уходом».
Деменция с тельцами Леви и лекарственная непереносимость
Пациент: Мужчина 81 год, деменция с тельцами Леви (бывший доктор наук). Проблема: Не узнавал родственников, обвинял персонал в намеренном вреде, страдал от резких падений давления с обмороками после еды и туалета, кричал по ночам, видел галлюцинации («Париж в комнате»). Попытки ходить приводили к спутанности и риску падений.
Стратегия: Мы отменили опасные препараты (разагилин и мемантин), которые ухудшали состояние, подобрали схему с Рексалти и коррекцией леводопы, стабилизировали давление через дробное питание и обучение персонала.
Результат: Галлюцинации и ночные крики ушли, обмороки прекратились, сон восстановился до 7–8 часов. Пациент стал предсказуемым, персонал получил стабильный график ухода, ночные вызовы скорой исчезли.
Деменция с тельцами Леви и лекарственная непереносимость
Пациент: Мужчина 81 год, деменция с тельцами Леви (бывший доктор наук). Проблема: Не узнавал родственников, обвинял персонал в намеренном вреде, страдал от резких падений давления с обмороками после еды и туалета, кричал по ночам, видел галлюцинации («Париж в комнате»). Попытки ходить приводили к спутанности и риску падений.
Стратегия: Мы отменили опасные препараты (разагилин и мемантин), которые ухудшали состояние, подобрали схему с Рексалти и коррекцией леводопы, стабилизировали давление через дробное питание и обучение персонала.
Результат: Галлюцинации и ночные крики ушли, обмороки прекратились, сон восстановился до 7–8 часов. Пациент стал предсказуемым, персонал получил стабильный график ухода, ночные вызовы скорой исчезли.
Болезнь Паркинсона с деменцией и галлюцинациями
Пациент: Мужчина 84 года, болезнь Паркинсона с деменцией. Проблема: Застывания при ходьбе (внезапно «прилипал» к полу с риском падения лицом вперёд), ощущение «призраков» и присутствия посторонних, обмороки из-за давления, отказ от приёма таблеток, сухая кожа из-за вегетативной недостаточности. Персонал тратил много времени на уговоры и предотвращение травм.
Стратегия: Вернули Рексалти, добавили микродозу кветиапина, перевели часть терапии на пластырь Экселон, добавили Нутридринк для борьбы с саркопенией и дали чёткие инструкции по контролю давления и уходу за кожей. Обучили персонал различать «пик» и «спад» действия леводопы.
Результат: Галлюцинации значительно ослабли, падения сократились, приём лекарств стал простым (пластырь). Пациент перестал пугаться «лишних людей», а персонал получил понятные алгоритмы действий. Травмы и ночные вызовы сократились в разы.
Болезнь Паркинсона с деменцией и галлюцинациями
Пациент: Мужчина 84 года, болезнь Паркинсона с деменцией. Проблема: Застывания при ходьбе (внезапно «прилипал» к полу с риском падения лицом вперёд), ощущение «призраков» и присутствия посторонних, обмороки из-за давления, отказ от приёма таблеток, сухая кожа из-за вегетативной недостаточности. Персонал тратил много времени на уговоры и предотвращение травм.
Стратегия: Вернули Рексалти, добавили микродозу кветиапина, перевели часть терапии на пластырь Экселон, добавили Нутридринк для борьбы с саркопенией и дали чёткие инструкции по контролю давления и уходу за кожей. Обучили персонал различать «пик» и «спад» действия леводопы.
Результат: Галлюцинации значительно ослабли, падения сократились, приём лекарств стал простым (пластырь). Пациент перестал пугаться «лишних людей», а персонал получил понятные алгоритмы действий. Травмы и ночные вызовы сократились в разы.
Часто задаваемые вопросы
Да, абсолютно. Лицензия нашей клиники обеспечивает выездные консультации на территории пансионата партнера. Работа по абонементной системе, в которой пансионат предоставляет медицинское сопровождение как внутреннюю услугу снимает этот вопрос.
Мы часто работаем по пакетам, где пансионат берёт часть или всю стоимость на себя как внутреннюю услугу. Это окупается за счёт снижения текучки персонала, уменьшения вызовов скорой и возможности заселять более сложных (и дорогих) постояльцев.
Первичный выезд — в течение 3–7 дней после заявки (в зависимости от региона и загруженности). Дальше — онлайн-коррекция в чате в течение 1–2 часов в рабочее время.
Мы честно говорим заранее, если видим, что прогноз плохой. Но в 80–85% случаев удаётся значительно снизить поведенческие нарушения и нагрузку на персонал.
Часто задаваемые вопросы
Да, абсолютно. Лицензия нашей клиники обеспечивает выездные консультации на территории пансионата партнера. Работа по абонементной системе, в которой пансионат предоставляет медицинское сопровождение как внутреннюю услугу снимает этот вопрос.
Мы часто работаем по пакетам, где пансионат берёт часть или всю стоимость на себя как внутреннюю услугу. Это окупается за счёт снижения текучки персонала, уменьшения вызовов скорой и возможности заселять более сложных (и дорогих) постояльцев.
Первичный выезд — в течение 3–7 дней после заявки (в зависимости от региона и загруженности). Дальше — онлайн-коррекция в чате в течение 1–2 часов в рабочее время.
Мы честно говорим заранее, если видим, что прогноз плохой. Но в 80–85% случаев удаётся значительно снизить поведенческие нарушения и нагрузку на персонал.
Не теряйте пациентов и доход из-за неправильно подобранной терапии
Снимите медицинскую нагрузку с себя и сиделок
Сократите вызовы скорой и частных врачей
Начните уверенно заселять тяжёлых постояльцев с высоким чеком
Работайте с нами:
Не теряйте пациентов и доход из-за неправильно подобранной терапии
Снимите медицинскую нагрузку с себя и сиделок
Сократите вызовы скорой и частных врачей
Начните уверенно заселять тяжёлых постояльцев с высоким чеком